• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Светлана Алексиевич стала лауреатом Нобелевской премии по литературе


Майя Кучерская, профессор факультета гуманитарных наук, — о реакции на победу произведения, написанного на стыке журналистики и литературы

Нобелевская премия по литературе, врученная Светлане Алексиевич, публицисту и интервьюеру, вызвала в русском литературном мире, особенно в консервативном его части, страшный переполох.

Все книги Алексиевич — «У войны не женское лицо» (1985), «Последние свидетели» (1985) «Цинковые мальчики» (1989), «Чернобыльская молитва» (1997), «Время секонд хэнд» (2013) — были построены на основе десятков, сотен интервью, взятых у участников второй мировой и афганской войны, чернобыльской катастрофы, событий рубежа 1980-х – начала 1990-х. Все ее собеседники однажды оказались на краю исторической бездны; ее книги, говорившие их голосами, касались самых травматичных для русской истории ХХ века моментов, табуированных тем. Впрочем, недовольный шум по поводу ее награждения поднялся не только поэтому. Многие российские писатели возмущались тем, что шведские академики увенчали не художника слова, не автора романов, в крайнем случае, поэм и стихотворений, каковых в современных русской словесности в избытке, а журналистку. Объяснять, что Светлана Алексиевич не совсем журналистка, что ее книги — это не сборники интервью, а выстроенные, продуманные симфонии, реквиемы, по сути трагические античные хоры — было бессмысленно.    

Интересно, что в западном книжном мире, и европейском, и американском, это вызвало меньше волнений, еще и потому, что жанр, в котором работает Алексиевич, там гораздо привычнее: воспоминания, мемуары, свидетельства, автобиографическая проза — не младшие братья Высокой Литературы, а равноценные участники литературного процесса. На другом уровне развития находится и oral history, а благодаря тщательно изученной и все еще изучаемой истории Холокоста гораздо яснее понимание, что насильственная амнезия, вытеснение страшного опыта ведет лишь к новым трагедиям. Но для российского литературного мира все это казалось слишком непривычно. Однако, по счастью, было немало и тех, кто искренне радовался этой победе, кто понимал: благодаря награде весь мир услышит голоса живых людей из нашей страны, нашей недавней истории. Да и у нас самих появился повод внимательнее вслушаться в них снова.

Мнение экспертов не является выражением позиции университета